- Заплати мне за два последних выступления, - сказал Жак. - Я должен отдать деньги за квартиру.

- У меня нет с собой, - сказал дирижер. - Пока. Я пошел к Альберу. У тебя несносный характер.

- Когда ты мне заплатишь? - спросил Жак.

- Да заплачу, заплачу! - сказал дирижер. - Я пошел.

Жак, прикрыв глаза, водил пальцами по лбу. Килограмма четыре будет.

VII

Маленькая спиртовка так воинственно гудела, что вода в алюминиевой кастрюле дрогнула. Конечно, для такой слабой спиртовки воды было слишком много, но Жак терпеливо ждал. Он сидел, глядел в воду и от нечего делать упражнялся на гнус фистуле. Он все время не дотягивал си-бемоль на два сантиметра, но наконец дотянулся, взял ноту и раздавил ее пальцами, довольный своей победой. Навык вернется!

Но пока что вернулась только головная боль, и он перестал играть. Вода закипала.

- Посмотрим, - подумал он, - может, окажется и больше четырех килограммов...

Он взял большой нож и отрезал голову. Потом он опустил ее в кипящую воду со льдом, чтобы удалить все лишнее и получить чистый вес черепной коробки.

А потом умер, так и не доведя дело до конца, потому что тогда, в тысяча девятьсот сорок пятом году, медицина еще не достигла такого высокого уровня, как теперь.

Он вознесся на небо в большом белом облаке. Куда же еще было ему деваться!